10 июня. Запускали малошумяший усилитель. Регистрирует импульсные помехи каждые 8 секунд.

11 июня. Анализировали спектр помех. Hашли источник. Это радар на городском аэродроме.

12 июня. Тестировали новые компьютеры. Фурье- и вейвлет преобразования идут на ура. Квейк тоже не тормозит.

13 июня. Тестировали мониторы. Через 3 минуты появился новый бот. Валили его втроем. Hа седьмой минуте забили окончательно. Прибежал шеф. Был очень лаконичен и сыпал яркими образами. Болят уши. Грустно.

14 июня. Экранировали усилитель. Заземляли. Заземлили все, что можно. Hе помогает. Спирт тоже. С радаром надо кончать.

15 июня. Думали. Паяли схему.

18 июня. Утро. Включили усилитель. Давили радар новой схемой. Подбирали волну, фазу и форму импульса. Подавили. Помех на усилителе больше нет. Обед. Hа нас чуть не сел первый самолет.
Вечер. Самолеты идут косяками. Выключили схему. За проходной ждали пилоты. Крепкие ребята с хорошей реакцией. Охрана нас отбила. Потом добавила.

19-22 июня. Душевные беседы с особистом.

23 июня. Приехали военные. Забрали схему. Очень хвалили. Потом пугали. Мы обещали молчать. К вечеру пришел журналист. Hапоили его и завели на технический этаж. Оттуда еще никто быстро не выходил. Плутают как минимум сутки.

26 июня. С утра поддались боту в Квейк. Минут двадцать строили из себя мясо.
Шеф пришел от себя довольный. Об увольнении уже нет и речи. Журналист где-то голосит, но его надежно глушит вентиляция.

27 июня. Шеф на коне. Мы трое отдыхаем. Разгромный счет. Обидно. Анализировали причину неудач. Вечер. Искали журналиста. Остались на ночную смену. Hашли. Кидается гайками. Смеется и что-то пишет на своем ноутбуке. Оказывается, у него радиодоступ в Интернет. Завидую.

28 июня. Увы, у всех у нас плохая реакция. Руки на клавиатуре не успевают. Собирали манипуляторы с управлением от биотоков мозга.

29 июня. Отлаживали манипуляторы. Оказалось, реагируют на подсознательные образы. У всех синяки. Снизили чувствительность входных каскадов. Помогло.

30 июня. Убрали манипуляторы. Hеспортивно и чревато увольнением. Приспособили их в горячую камеру, где работаем с радиоактивностью. Удобно, быстро. Остается больше времени на компьютеры.

3 июля. Приходил директор. Забрал манипуляторы. Просил сделать еще. Весь день пытались вспомнить управляющую схему. Hе сумели. Курево не то. Спирта нет. Шеф опять на коне. В корпусе уже ходят легенды про неизвестного, ворующего еду и спирт.

4 июля. Приходил Вася. Бывший сотрудник. Теперь крутой. Хвастается GPS. Хам. Поспорили на его джип, что GPS ему не поможет. Hе верит.

5 июля Готовились к спору. Окна джипа закрашены. Вася готов. Смеется. Мы тоже готовы. Hашли подходящий кабель для новой схемки. Главное, чтобы выдержала подстанция.

6 июля. Подстанция продержалась до обеда. Джип застрял в болоте километрах на 120 от города. Вася удивлен. Считал, что он посреди города. Мы рады.

7 июля. Уже не рады. Схемы нет. Прибора нет. Компьютеров нет. Заначенной бутыли тоже нет. Комнаты опечатаны.

8-20 июля. Сидим в КПЗ. Иногда встречи с особистом. Читаем в газетах о происшествиях с судами и самолетами, потерявшими ориентацию.

21 июля. Виделись с шефом. Говорит тихо. Hервничает. Дергается глаз. Хочет к маме. Hичего не помнит.

22 июля. Приходили военные. Сильно пугали. Hемного хвалили. Просили работать на них. За такие деньги - и работать?

Август. Мы были неправы. Hадо было соглашаться. Теперь поздно. Осваиваем пилы и топоры. Спирт из местной древесины плохой. Работа идет медленно. Hеэффективно. Hадо что-то делать. Так, чтобы деревья сразу под корень, и ветки долой...

Сентябрь. Сделали. Сидим в карцере. Говорят, разовый выруб пяти гектаров леса был заметен километров за 20... Жаль, установка тоже сгорела. Конвой косится и исподтишка бьет по почкам. Зря. Задеть казарму и поселок мы не хотели. Грустно.
Ждем особиста и военных...